Дома смерти. Книга IV - Алексей Ракитин

В начале 1940 года лондонские друзья и помощники организовали перевод Хайда в разведывательную службу MI-6. Его направили в Нью-Йорк в качестве помощника Уилльяма Стивенсона, возглавлявшего особое подразделение под названием разведки, скрытое аббревиатурой BSC (British Security Co-ordination — Координационный центр британской безопасности). Подразделение Стивенсона, легендированное под отдел Британского управления паспортного контроля, при полной поддержке американских спецслужб занималось борьбой с немецкой агентурой и идеологией «изоляционизма», весьма популярной в американском обществе в то время.

Поработав немного в Нью-Йорке, Харфорд отправился на Багамы, куда в августе 1940 года прибыл новый губернатор герцог Виндзорский. Они прекрасно поладили. Осенью 1940 года Хайд организовал и провёл отличную секретную операцию, в ходе которой корабли британского флота перехватили в Атлантике транспорт «Excalibur», шедший из Лиссабона в Нью-Йорк. На борту корабля находилась коллекция картин известного французского галериста и торговца художественными ценностями Этьена Биньо, погибшего в дорожно-транспортном происшествии несколькими месяцами ранее. Англичане опасались того, что коллекция либо попадёт в руки противника, либо окажется рассыпана, а потому MI-6 решила наложить лапу на груз, перевозимый «Excalibur» — ом. 3 октября этот транспорт под конвоем британских кораблей прибыл в Оттаву.

В 1941 году Хайд возвратился в Нью-Йорк и некоторое время поработал там, однако на следующий год возвратился на Багамы, где принял на себя разнообразные обязанности офицера связи MI-6 как с американскими спецслужбами, так и администрацией провинции. На Багамах к тому времени уже разместились части Корпуса морской пехоты США, а порты и аэропорты островного архипелага широко использовались кораблями и авиацией союзников.

Услышав из уст губернатора довольно необычную просьбу о помощи в деликатном деле, Харфорд Хайд моментально понял, что именно надлежит сделать. Последовавшую далее незамысловатую операцию просторечно называют «подставой», а на языке теории оперативно-розыскной деятельности она называется «контролируемой поставкой».

А сделал Хайд следующее. Он поручил двум агентам, находившимся у него на связи — Брюсу Файндеру (Bruce Finder) и Дэну Ноулзу (Dan Knowles) — организовать хищение бензина с базы американских морпехов и спрятать ворованное на птицеферме графа де Мариньи. Причём всё должно было выглядеть как настоящее преступление безо всяких скидок и оговорок, то есть агентам предстояло отыскать способ сначала раздобыть топливо, завладеть им, тайно перевезти на ферму, а потом договориться о сбыте. И никто, кроме них, ни о чём не должен был догадаться.

Файндер и Ноулз и ранее промышляли разного рода незаконными делишками, прежде всего контрабандой, и в своей незаконной деятельности не раз обращались за содействием к графу де Мариньи. Двоюродный брат последнего, упоминавшийся выше Жорж де Висдело-Гимбо, разумеется, был прекрасно об этом осведомлён. Однако помимо этой детали, имелась ещё одна, весьма важная в реалиях того времени. Дело заключалось в том, что на островах Багамского архипелага в условиях военного времени действовало жёсткое ограничение на размеры хранимого частными лицами топлива. Ограничение преследовало двоякую цель — во-первых, эта была довольно эффективная мера пресечения спекуляции ценным привозным ресурсом, а во-вторых, минимизация запасов горючих материалов снижала риск обширных пожаров и взрывов в случае диверсионных или военных атак на населённые пункты. Ограничение было довольно жёстким — не допускалось хранение более трёх галлонов жидкого топлива или горючих жидкостей [~ 11,3 литра]. В транспортное средство можно было залить полный бак, но не более того. За превышение нормы хранения полагалась широкая шкала наказаний — от штрафов до 6-месячного тюремного заключения.

Итак, агенты английской разведки Файндер и Ноулз 15 или 16 июля — точная дата в силу понятных причин неизвестна — явились к двоюродному брату арестованного графа и обрисовали ситуацию: мол де, ближайшей ночью мы умыкнём военный грузовик с американским бензином, нам бы этот ворованный груз куда-то поставить на передержку, буквально на пару суток, мы потом всё вывезем и хорошо заплатим, хоть деньгами, хоть бензином, у тебя на ферме спрятать можно? Жоржу де Висдело-Гимбо в этом месте следовало бы, конечно, насторожиться, всё-таки братишку уже отправили в юдоль боли и скорби, а потому из опасения полицейских капканов не следовало бы сейчас рисковать и испытывать судьбу, но… В общем, брат Жорж купился с потрохами, уж простите автору низкий слог! У него даже ничего не щёлкнуло в голове в связи с возможным в скором будущем обыском фермы — ведь коли двоюродного брата упрятали в застенок, то жди гостей в униформе. Но — нет, весёлый француз ничего не заподозрил.

Жорж не только разрешил спрятать на ферме брата ворованное топливо, он даже додумался использовать факт его появления в своих интересах. Разумеется, с согласия Файндера и Ноулза. Он сообщил им, что хочет взять банковский кредит, и для этого ему нужен хороший залог. Бензин — отличный и высоколиквидный товар, можно ли ему предъявить ворованный бензин банковскому работнику и выдать его за свой? Файндер и Ноулз наверняка посмотрели на Жоржа как на идиота — ну, в самом деле, а как на него ещё можно смотреть в подобной ситуации?! — но возражать не стали, дескать, приводи своего банкира, пусть смотрит.

На том и порешили…

Пронырливые контрабандисты в ближайшую же ночь разжились сотней 2-галлонных алюминиевых канистр с казённым американским бензином. Никакого насилия или виртуозного проникновения на склад для этого не понадобилось — американцы сами привезли топливо в условленное место и помогли перегрузить его на грузовик контрагентов. После этого Файндер и Ноулз зарулили на ферму к Жоржу и спрятали канистры там.

Утром 17 июля Жорж де Висдело-Гимбо отправился в банк и попросил кредит, заявив, что в качестве залога может предложить в том числе и 3/4 тонны бензина. Беседовавший с ним банковский работник Джон Х. Андерсон (John H. Anderson) чрезвычайно заинтересовался этим и уточнил: где именно находится топливо и может ли Жорж показать его? Жорж, разумеется, мог. Он усадил Андерсона в свой автомобиль, привёз на ферму, показал склад с красивыми блестящими канистрами до потолка, и клерк заверил, что решит вопрос с кредитом за полчаса. С тем и отчалил.

Самое смешное в этой ситуации заключалось в том, что Джон Андерсон прекрасно понял, что бензин украден и его хранение на птицеферме незаконно, однако не только не донёс властям, но и согласился кредит оформить. Перефразируя известную фразу одного из классиков пресловутого «научного коммунизма», так и хочется сказать: нет такого преступления, на которое не пойдёт капиталист за 200 % прибыли.

А после этого на ферму графа де Мариньи приехали сотрудники BPF во главе с майором Пембертоном и принялись искать окровавленную одежду арестованного, которую тот, по-видимому, не выдал Дугласу перед арестом, а заодно и орудие преступления. Про бензин полицейские ничего не знали и, разумеется, очень обрадовались, обнаружив его. Это,